Интервью с руководителем и куратором Национальной премии «Жить вместе» Андреем Васенёвым
Номинация «Церковь» существовала в рамках премии «Жить вместе» с самого начала учреждения премии?
Да, номинация «Церковь» была с самого начала. Это был очень важный якорь для премии в принципе, чтобы не срываться в бездну бесконечного спасения мира, а стараться поддержать Церковь как то явление в мировой, исторической, общественной, государственной, духовной жизни, в котором вопрос спасения и обретает единственный верный смысл. И мы сами, будучи людьми церковными, понимали, что это будет сложная номинация, но отказываться от неё никак нельзя.
Какие цели ставят себе те, кто выбирает победителей? Что именно вы стремитесь поддерживать?
Здесь нельзя не сказать, что нам приходится всё время как-то объяснять всем нашим жертвователям, которых мы с трудом ищем, почему вдруг заходит речь о поддержке Церкви. Насчёт номинации «Милосердие» понятно: мы помогаем фондам, и видно, какую помощь оказываем. Понятно и почему «Русская традиция». Но почему существует номинация «Церковь»? В чём здесь проблема?
А проблема именно в том, что на сегодняшний день в Русской православной церкви мы не наблюдаем вообще никакой рефлексии о своих приходах как о сообществах. Вроде бы как все живые верующие люди говорят об общине, хотят жить именно таким духом, но начинают с конца, как будто бы уже всё готово. Это ошибка.
И это будет тема, которую мы будем обсуждать с нашими номинантами на фестивале этого сезона 15–16 августа. Зачем Церкви нужны сообщества? В этом году в номинации «Церковь» в жюри премии «Жить вместе» поступило около 50 заявок. И там как раз видно, что под устойчивым сообществом понимается пара: батюшка и матушка, которая придумывает инициативу, потому что батюшка сказал это сделать. И даже когда там чуть больше людей, это всё равно ещё не община. Это приходская инициатива, и вся эта инициатива может быть выброшена прочь, как только этого батюшку с матушкой, допустим, куда-нибудь переведут. Больше того, я вам скажу, что наш опыт общения с духовенством в очень разных местах говорит, что священник иной раз сам запрещает своим прихожанам ездить за ним, если его переводят с прихода на приход. Он прямо говорит: «Вы не за мной пришли, а за Христом, поэтому вы в этот храм и ходите, ждите своего нового батюшку». Слова те, да музыка не та.
Мы как раз хотим, встречаясь с нашими номинантами, чтобы возникало естественное переопыление всех, у кого есть общинная жизнь. А организационные вопросы и какие хотите другие решаются тогда, когда есть общая жизнь. В этом году у нас впервые на нашу премию подались заявки не от общин, а прямо от братств и сестричеств. Да, сестричество – это более привычная понятная форма церковного милосердного служения, а вот братство – это интересно.
Смогут ли наши читатели принять участие не только в фестивале, но и попасть на само вручение премии «Жить вместе»? Я знаю, что обычно это событие проводилось только для номинантов.
В этом году мы делаем фестиваль открытым для всех. А церемония вручения премии будет внутри фестиваля. Пока что обсуждаются разные детали, но смысл именно такой, и если всё получится, как мы задумали, то все, кто придут на фестиваль, попадут и на церемонию.
Беседовали Анастасия Наконечная и Александра Колымагина
Фото с сайта премии «Жить вместе»
