gazetakifa.ru
Газета «Кифа»
 
Главная arrow Живое предание arrow Письмо от друга. 70 лет назад за антифашистскую деятельность был арестован пастор Дитрих Бонхёффер
12+
 
Рубрики газеты
Первая полоса
Событие
Православие за рубежом
Новости из-за рубежа
Проблемы катехизации
Братская жизнь
Богословие – всеобщее призвание
Живое предание
Между прошлым и будущим
Внутрицерковная полемика
Язык Церкви
Конфессии
Конференции и встречи
В пространстве СМИ
Духовное образование
Церковь и культура
Церковь и общество
Прощание
Пустите детей приходить ко Мне
Книжное обозрение
Вы нам писали...
Заостровье: мифы и реальность
Люди свободного действия
Лица и судьбы
1917 - 2017
Гражданская война
Беседы
Миссионерское обозрение
Проблемы миссии
Раздел новостей
Открытая встреча
Встреча с Богом и человеком
Ответы на вопросы
Стихотворения
Региональные вкладки
Тверь
Архангельск
Екатеринбург
Воронеж
Санкт-Петербург
Вельск
Нижневартовск
Кишинев
Информационное агентство
Новости
Свободный разговор
Колонка редактора
Наш баннер!
Газета
Интернет-магазин
Интернет-магазин
Сайт ПСМБ
 
 
Трезвение
 
 
Печать E-mail
08.06.2013 г.

Письмо от друга

70 лет назад за антифашистскую деятельность был арестован пастор Дитрих Бонхёффер

Дитрих БонхёфферВ эти дни, когда мы вспоминаем победу над фашизмом, нам важно вспом­нить и корни этого страшного явления, которое в конечном счёте привело к десяткам миллионов жертв, и тех людей, которые видели его бесчеловечную, антихристианскую сущность и противостояли ему с самого его зарождения. Такие люди были везде, в том числе и в Германии.

80 лет назад, в апреле-мае 1933 года, после прихода к власти национал-со­циалистов началась активная деятельность по подчинению основных нацио­нальных церквей - протестантской и католической - диктату нацистского государства. Противостать этому давлению (например, требованию принять «арийский принцип», по которому человек неарийского, прежде всего еврейско­го, происхождения не мог быть пастором) смогли далеко не все члены церкви. И хотя за то время, что Гитлер был у власти, в концентрационных лагерях погибли сотни исповедников веры, считавшие человеконенавистнические деяния гитлеровского режима противными христианству, подавляющее большинство священнослужителей пошло - в большей или в меньшей степени - на компромисс с фашизмом. Были и те, кто принимал его принципы с радостью и одобрением - например, профашистский епископ Имперской Церкви бывший капеллан Людвиг Мюллер. Казалось бы, трудно было ошибиться в природе новой власти после предъявленных к церкви требований или после того, как 10 мая в университет­ских городах Германии запылали костры, куда молодежь под крики министра народного просвещения и пропаганды Геббельса «Мужчины и женщины Германии! Вы совершите благое дело - предадите огню нечистый дух прошлого!» кидала книги Томаса Манна и Генриха Гейне (пророчески написавшего за сто лет до этого: кто сжигает книги - будет сжигать и людей). Однако даже члены Испо­ведующей церкви часто продолжали колебаться, идти на соглашение с властью и закрывать глаза на распространяющееся все шире и шире насилие.

Если обратиться к истории, станет очевидно, что лишь один лютеранский пастор с самого начала, с апреля 1933 года, вплоть до своего ареста в апреле 1943-го и мученической гибели в апреле 1945-го, последовательно, неизменно и твёрдо противостоял идеологии фашизма - Дитрих Бонхёффер. Это было не политическое или идеологическое противостояние, а духовное сопротивление. Более чем возможно, что ясность видения Бонхёффером сути происходящего была связана с тем, что он всё время стремился вернуться к самым глубинным основам веры и церкви, к простому послушанию Божьему призыву и к рождению общины как общей жизни во Христе и через Него.

Мы попросили одного из священников, связанных с возрождением общин и братств в Русской православной церкви, - о. Иоанна Привалова - ответить на несколько вопросов.

* * *

Отец Иоанн, в своём пастырском служении Вы часто обращаетесь к наследию Бонхёффера. Как, на Ваш взгляд, было бы встре­чено его слово сегодня, будь он нашим современником?

А он и есть наш современник! Когда- то Лидия Корнеевна Чуковская писала: «В сущности, каждый литератор берётся за перо со скрытой жаждой обрести бра­тьев. Все наши книги - письма к неизвес­тному другу. И когда друг откликается - тогда, значит, я жива, мы живы».

Бонхёффер писал свои книги кровью своего сердца. Все его книги - это письма к другу, к братьям. Они обладают огром­ной силой и сами находят своих читате­лей. За последние три года количество читателей заметно увеличилось.

С чем это связано?

С отрезвлением части людей. Надеж­ды на возрождение России не сбылись.

За двадцать перестроечных лет мы угробили и утопили в цинизме половину страны. Ложь проела все сферы жизни. На этом фоне такие люди, как Александр Солженицын, Лидия Чуковская, Дитрих Бонхёффер, Ольга Седакова, священник Георгий Кочетков, становятся особенно заметны. Они показывают своей судьбой возможность жизни в согласии с высшей Правдой. Причём обращаются очень лично - от сердца к сердцу.

Бонхёффер радикален в своей вер­ности Христу и Евангелию, не идёт ни на какие компромиссы. Это не значит, что в его жизни совсем не было компромиссов. Конечно, были. Но всё-таки жизнь по Евангелию стала главным принципом Бонхёффера. И этому принципу он ока­зался верен до смерти.

Сегодня состояние многих людей в нашей стране напоминает тяжёлое по­хмелье, после которого одни хотят пить дальше, а другие говорят - хватит, хотим уже хоть какой-нибудь, но другой жизни. Мне кажется, что через Бонхёффера до нас доходит прямое и простое слово Христово. Мы истосковались по таким словам.

Что самое важное в обраще­нии Дитриха Бонхёффера к Вам лично и к церкви Христовой, к сегодняшним христианам?

Дело в том, что до последнего времени я читал Бонхёффера очень мало, так как было мало переведено. Первая книжка, которая попала мне в руки, называлась «Сопротивление и покорность». Это серьёзная и важная книга. Очень многие вспоминают о ней в первую очередь. Я не могу сказать, что именно она стала для меня самой важной. Мысли Бонхёффера о безрелигиозном христианстве мне уже были известны из книг митрополита Сурожского Антония и протопресвитера Александра Шмемана. А вот где я не могу найти ему равной фигуры, так это в двух книгах об общинной жизни - «Жить вме­сте» и «Хождение вслед». Они написаны из опыта преподавания в подпольной семинарии в условиях нацизма. Это, по­жалуй, самое грандиозное, самое значи­тельное в наследии.

Почему именно этот опыт?

Потому что он обладает огромной убедительной силой. Бонхёффер ясно показывает, что Церковь и есть Община, но вход в эту Общину возможен ТОЛЬКО через Иисуса Христа и ТОЛЬКО ради Иисуса Христа.

Помню, я прочитал эту книжку в 2003 году. Она меня задела довольно силь­но. Заставила очень многое продумать заново. С той поры книгу «Жить вмес­те», особенно её первую часть, которая называется «Христианское сообщество», я читал и перечитывал примерно 30 раз. Когда читаешь, всё очень ясно видишь, а когда закрываешь книжку - сразу выпа­даешь из этой реальности.

Бонхёффер возвращает наше внима­ние ко Христу, к христоцентричности. К тому, что в центре христианской жизни может быть только Христос. К тому, что христианская жизнь есть не что иное, как жизнь Христа в нас. Христа, Который является в нас через дар Святого Духа, через Слово Божье. Мне было важно увидеть то, как Бонхёффер ненавязчиво побуждает меня непрерывно соотносить всю свою жизнь со Христом и Еванге­лием. Подлинность этого процесса для меня проверяется несколькими веща­ми. Прежде всего, добровольностью этих действий. Я и сам не замечаю, как включаюсь в этот процесс духа и мысли. Во-вторых, нет ощущения «прокрута», холостого хода. Всегда есть ощущение труда, небольшой нагрузки. Как говорил апостол Павел, внутри нас совершается «дело веры и труд любви».

Далее, Бонхёффер дисциплинирует работу сердца и ума. Он чётко и после­довательно приучает к тому, что всякое христианское общение, всякое христиан­ское сообщество оправдывается только тем, насколько оно выявляет присут­ствие Христа в нашей жизни. Это первый момент.

Второй момент такой: мне кажется, что гениальность Дитриха Бонхёффера ещё и в том, что иногда он становит­ся собеседником апостола Павла. Не толкователем апостола Павла, а тем, кто подхватывает мысль апостола Павла и договаривает её до конца.

Можно пояснить, о чём здесь идёт речь?

Все мы знаем такие слова Священного писания, как «есть только один Посред­ник между Богом и человеком - Господь Иисус Христос». Бонхёффер эту мысль подхватывает и договаривает: «Хрис­тос - единственный Посредник не только между мной и Богом, но между мной и братом, между мной и окружающим миром, между мной сегодняшним и мной настоящим». Ведь я не могу прийти к себе настоящему, минуя Христа. Только придя ко Христу, я могу найти свою истинную жизнь, своё истинное призвание. Без­условно, апостол Павел всё это имел в виду, но Бонхёффер это сделал явным для нас, ничуть не искажая ни направленнос­ти, ни уровня мысли апостола Павла.

Тема посредничества Христа между разными членами Церкви мне кажется очень важной. Мы об этом часто забыва­ем в нашей церковной и даже в общинно- братской жизни. Пережив благодатный подъём от того, что родилась община, мы успокаиваемся. Нам кажется, что этого уже достаточно. А это не так. Важна пос­тоянная, непрерывная забота о том, что­бы Христос был всегда посреди нас. Когда Бонхёффер ставит так вопрос, он показы­вает, что реальность общинно-братской жизни - это реальность не статическая, а динамическая.

Другая, очень важная для меня тема Бонхёффера: христианство - это не иде­ал, а данная Свыше реальность.

Вполне себе православная святоотеческая мысль.

Да. И это не первый случай, когда западный человек помогает нам лучше осознать собственные православные корни. Бонхёффер разводит два поня­тия - «идеал» и «совершенство». Отводя в сторону разговор об идеальности, он го­ворит о совершенстве. А совершенство - категория евангельская. Христос говорит в Евангелии: «Будьте совершенны, как Отец ваш Небесный совершенен». Он не говорит: «Будьте идеальны, как Отец ваш Небесный идеален».

Совершенство - это не только воля Небесного Отца, но и Дух Святой, вло­женный в наше сердце, как дар. В таинс­тве Просвещения в нас проникает Дух Святой - Источник нашего совершенс­тва. Таким образом, совершенство уже находится внутри наших сердец. Мы его уже получили. Наша задача лишь в том, чтобы всё время углублять и расширять границы его действия. Совершенная жизнь Духа Святого, совершенная жизнь Иисуса Христа передаётся нам даром. Становится нашим достоянием.

Практическое значение этой мысли в том, чтобы правильно выбрать точку приложения наших сил. Христианская жизнь совершается не человеческими си­лами, не перенапряжением наших естес­твенных сил, даже не Божьей помощью. Христианская жизнь совершается в нас Духом Святым, Самим Христом, действу­ющими изнутри нас. От нас же требуется огромная активность духа, огромный запрос на то, чтобы жизнь Христа стано­вилась моей жизнью, чтобы Его победа над злом и смертью становилась моей победой над злом и смертью.

То есть именно в поддержании духовной пассионарности бу­дет исполнение воли Божьей? В этом будет послушание Отцу?

Да, так может проявиться совер­шенное послушание. Здесь, кстати, есть разница с ветхозаветным опытом послу­шания. Совершенство богочеловеческой природы явлено нам в Иисусе Христе, а Иисус Христос находится внутри нас. По­этому мы можем молить Небесного Отца о том, чтобы Христово присутствие в нас усиливалось, укрепляло свои позиции. Совершенное послушание Небесному Отцу, явленное во Христе, становится и моим совершенным послушанием Не­бесному Отцу в меру моей причастности Христу. Христос грядёт в мою жизнь из глубины. Постепенно охватывает мою жизнь и передаёт мне Своё совершенное послушание.

Следование за Христом - отде­льная тема Дитриха Бонхёффера. Если можно так выразиться, он даёт определённые рекомен­дации, как это делать. У Вас не было ощущения того, что планка слишком высока? Прошло 50 лет, и вот нынешнему человеку уже невероятно сложно отказаться от всего, от себя, чтобы взять крест.

Когда мы говорим о необходимости взятия креста, то часто делаем акцент на том, что надо что-то оставить, кого-то возненавидеть, совершить над собой ка­кой-то героический акт насилия... А Бон­хёффер всё время переводит наш взгляд на Христа. Чтобы идти за Христом, надо от чего-то отказаться, но акценты можно расставлять по-разному. Дело не в том, что я оставлю, а в том, пойду ли я за Христом. Мне кажется, что внутренняя логика следования за Христом должна сама подсказывать, что и когда нужно оставлять. В любом случае это задача положительная, а не отрицательная.

Положительную задачу ино­гда сложнее воспринять.

Бонхёффер всё время ставит положи­тельную задачу, всё время возвращает наше внимание ко Христу.

В течение многих лет я проповедую на темы следования за Христом, взятия кре­ста, и всё время моё внимание съезжает на то, что надо что-то оставить, в какую- то бездну прыгнуть. Часто получается, что мы проповедуем не Христа, а какие- то трудности следования за Христом, бездны, через которые нужно прыгать по пути этого следования.

В какой-то мере это правда. В сле­довании за Христом иногда приходится прыгать через бездны, иногда прихо­дится идти по ровной дороге, иногда надо идти по воде, иногда надо идти по воздуху. Но всё-таки человек, идущий за Христом, не может уделять столько внимания тому, по какой дороге он идёт. Это всё попутно выясняется. Сам путник может этого не видеть, зато могут видеть другие люди. Если христианин будет много думать о трудностях, то он может и потерять из виду Христа.

Какие ещё темы в творче­стве Бонхёффера кажутся Вам особенно важными?

Есть тема, едва намеченная в книге «Жить вместе»: христианскому сообще­ству никто не обещал, что оно всегда будет жить вместе.

Общинная жизнь - это некоторое чудо. Время от времени Господь берёт Свои общины, преломляет их и разбра­сывает Своих людей в разные стороны. Христиане летят в разные земли, как зёрна. Важный вопрос - вызрели ли эти зёрна? Несут ли они в себе Христову жизнь? Способны ли они породить на но­вой земле церковные общины и братства?

Последнее, что меня поразило, каса­ется Псалтири. Дело в том, что в течение многих лет жизни я читал Псалтирь на русском языке и всё время не мог от­ветить себе на вопрос, какое отношение это всё имеет ко мне, к кому относятся все эти проклятия, благословения и так далее. И ответ за меня высказал Бонхёф­фер. Он честно сказал: никакого отноше­ния ко мне и к моей жизни это не имеет. Псалтирь - это молитвы Иисуса Христа. Христос, пребывая в недрах Своего пра­отца Давида, молится Небесному Отцу. Это Его молитва о Себе и о нас. А нам дозволено к Его молитве приобщиться, Он нас в Свою молитву берёт. Это цен­тральное положение Христа в Псалтири, библейском молитвеннике, было для меня полной неожиданностью.

Отец Иоанн, что, на Ваш взгляд, в слове Бонхёффера на сегод­няшний день наименее усвоено? Что Христос говорит нам через него и чего мы не слышим?

Я думаю, мы не слышим того, что Христос - это единственная настоящая реальность. Во Христе мы видим истин­ного Бога, истинного человека и истин­ный мир. Всё остальное призрачно. Не в том смысле, что вне Христа ничего нет, а в том, что жизнь вне Христа - полужизнь, полусон.

Если бы Вам довелось встре­титься с пастором Дитрихом Бонхёффером, что бы Вы ему сказали или о чём спросили?

Думаю, что в какой-то степени я с ним уже встретился. Надеюсь, что однажды мы с ним увидимся лицом к лицу. На­верное, я его поблагодарю и попрошу разрешения постоять рядом.

Беседовала Елена Кудрявцева

Информационное агентство «КИФА»

КИФА №6(160), май 2013 года

 
<< Предыдущая   Следующая >>

Телеграм Телеграм ВКонтакте Мы ВКонтакте Facebook Наш Facebook Твиттер @GazetaKifa

Наверх! Наверх!
Top.Mail.Ru Majordomo.ru - надёжный хостинг