gazetakifa.ru
Газета «Кифа»
 
Главная arrow Первая полоса arrow «Россия может дать новую жизнь Вселенной...». Из интервью митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла газете "Вера-Эском"
12+
 
Рубрики газеты
Первая полоса
События и комментарии
Православие за рубежом
Новости из-за рубежа
Проблемы катехизации
Братская жизнь
Богословие – всеобщее призвание
Живое предание
Между прошлым и будущим
Внутрицерковная полемика
Язык Церкви
Конфессии
Конференции и встречи
В пространстве СМИ
Духовное образование
Церковь и культура
Церковь и общество
Прощание
Пустите детей приходить ко Мне
Книжное обозрение
Вы нам писали...
Заостровье: мифы и реальность
Люди свободного действия
Лица и судьбы
1917 - 2017
Миссионерское обозрение
Проблемы миссии
Раздел новостей
Открытая встреча
Встреча с Богом и человеком
Ответы на вопросы
Стихотворения
Региональные вкладки
Тверь
Архангельск
Екатеринбург
Воронеж
Санкт-Петербург
Вельск
Нижневартовск
Кишинев
Информационное агентство
Новости
Свободный разговор
Колонка редактора
Наш баннер!
Газета
Интернет-магазин
Интернет-магазин
Сайт ПСМБ
 
 
Трезвение
 
 
Печать E-mail
30.11.2005 г.

«Россия может дать новую жизнь Вселенной...»

Из интервью митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла газете "Вера-Эском"

Image - Владыка, расскажите о своих корнях, родителях.

- Мой дед был исповедником Российским: 37 лет находился в заключении. Как он говорил, прошел 47 тюрем и 7 ссылок. Он работал механиком, водителем на железной дороге «Москва - Казань», управлял поездами. Все деньги, которые зарабатывал, отправлял на Афон и в Иерусалим. А это были сумасшедшие деньги по тем временам (300 рублей золотом в месяц, 25 рублей стоила корова). Пару лет назад я был на Афоне в одном монастыре и нашел всех своих родственников в монастырских записях. Это был очень мужественный и сильный человек, воспитывал восемь детей. Несмотря на это, добровольно пошел на мученические испытания, боролся с закрытием храмов, почти всю жизнь провел в заключении. Был первым соловчанином и участником Соловецкого Собора. Знал всех русских архиереев, которые сидели на Соловках.

Отец мой тоже был исповедником, сидел в Магаданском крае, был глубоко верующим человеком. И я в детстве тоже находился в таком убеждении, что и мне придется сидеть за веру. Я никогда не был пионером, никогда не вступал в комсомол, никогда не был соглашатаем - не стал и диссидентом. Я очень люблю свою страну, свой народ. Даже в советское время я считал, что не надо делать ничего такого, чтобы разрушить единство народа. Поэтому я не выступал против властей. Но слава Богу, что Церковь призвана говорить правду - и в царское время, и в советское, и сегодня. А провозглашение правды всегда требует мужества, некоей готовности если не в тюрьму пойти, то быть непопулярным, неизвестным, непочитаемым. Задача Церкви заключается не в том, чтобы возбуждать распри, а в том, чтобы говорить правду, даже в том случае, если эта правда неприятна.

- Скажите, как вы учились в школе? Были ли вы тогда верующим человеком?

- Я довольно много страдал в школьные годы, потому что не вступал в пионеры и комсомол. И при этом я был самым лучшим учеником. Поэтому обо мне газеты стали писать не в 90-е годы, а в 50-е, но писали критически. Вот есть такой мальчик, учится на одни «пятерки», а не пионер и не комсомолец, к тому же верующий. Трудное было время. Я шел в школу, как на Голгофу. Очень часто меня вызывали на педсоветы, на диспуты с преподавателями и учениками, и я всегда побеждал, потому что в советское время наши учителя к таким диспутам были не готовы, а я старался быть готовым.

В 15 лет я ушел из дома, стал работать, считал, что не должен сидеть на шее у родителей. Перешел в вечернюю школу. Потом работал в геологической экспедиции, имел даже какое-то отношение к северному краю: к Архангельску, Коми, потому что работал в северо-западном геологическом управлении. Считаю, что это была замечательная страница в моей жизни, мне очень повезло.

 

Ответы митрополита Кирилла на пресс-конференции в г. Сыктывкаре

- У нас на службы в храм приходят кочетковцы. Как к ним надо относиться?

- Вы знаете, что самое страшное - это навешивать ярлыки: кочетковцы, никониане. Не надо этого делать, Боже вас упаси! Отец Георгий Кочетков - это канонический священник Русской Православной Церкви. Он находится в каноническом общении с Патриархатом и епископатом, причащается, исповедуется, служит. В той части его деятельности, которая вызывает критику у Церкви, мы его критикуем. Это нормально. Апостол Павел говорил: «Надлежит быть и разномыслиям между вами» (1 Кор. 11, 19). Для чего? - «Чтобы открылись искусные». Но если мы с вами психологию внешнего мира принесем в Церковь, то погубим наших людей.

Пока то или иное явление в Церкви не осуждено Собором, не предано критике и не отвержено, ни в коем случае не нужно выносить о нем своего критического радикального отношения. Что касается о.Георгия Кочеткова - он много доброго делает. Ведет большую миссионерскую работу, есть Филаретовская школа. Как же мы можем игнорировать эти добрые начинания? Поэтому я очень бы попросил всех тех людей, которые болеют за чистоту православия, понимать следующее: в нашей огромной стране, в нашей огромной Церкви мы никогда не будем иметь единомыслия по всем вопросам. Мы должны научиться жить в единой Церкви с некоторыми элементами разномыслия. Важно уметь отделять овец от козлов, плевелы от пшеницы. И там, где реальные плевелы, давать бой, а где их нет, снисходить любовью. Я думаю, что мы о.Георгия вместе со всеми его последователями исцелим любовью, и тот потенциал, который они имеют, используем во благо Русской Православной Церкви.

- Ваши телевизионные передачи имеют большую популярность. Жалко, что идут 10 минут. Не хотели бы вы увеличить время в эфире?

- Они идут 15 минут, а не 10, в неудобное время. Это не от меня зависит. А рейтинг этих передач, действительно, очень высокий. Самый высокий у господина Галкина - есть такой актер, а на втором месте митрополит (улыбается). Я не хочу себя сравнивать с Галкиным, но это свидетельствует о том, что люди смотрят и слушают. Но время очень неудобное: одни еще не встали, другие только зубы чистят. Время передачи зависит от телезрителей. Если они обращаются на канал, если пишут, требуют, то там могут это принять к сведению и изменить время передачи.

- Ваше Высокопреосвященство, у нас в республике много старообрядцев. Как вы относитесь к старообрядчеству?

- К старообрядчеству я отношусь очень хорошо, но при этом не забываю, что старообрядчество - это раскол. А всякий раскол - это ослабление жизни Церкви... Я не хочу уходить в тему происхождения этого раскола, судить - кто прав, кто виноват. Само по себе отделение от Церкви - всегда зло. И в этом смысле старообрядчество, с одной стороны, сохраняя традиции, вписываясь в парадигму наших духовных национальных ценностей и являясь как бы союзником Русской Православной Церкви, будучи в расколе, работает против РПЦ. Вот в этом глубочайшее противоречие...

Для меня миссионерская направленность жизни Церкви важнее, чем сохранение традиций. Вот музей - это то место, где нужно сохранять все. Церковь - это не музей, это жизнь. Мы не можем внешние стороны церковной жизни не подчинять интересам миссии Церкви. Если Господь когда-то нас воссоединит, то подход к жизни в старообрядчестве потребует серьезной корректировки. Церковь не должна подделываться под вкусы мира сего, но и не должна возлагать на людей неудобоносимые бремена.

- Какая тональность должна быть при подготовке православных передач на телевидении?

- Боже упаси придерживаться искусственной тональности. Старайтесь почувствовать жизнь народа, задеть за живое. Постарайтесь общаться на том языке, на котором разговаривают люди, сказать об истинности и красоте православия. Когда я начинал готовить телевизионные передачи, мне посоветовали выступать в облачении. Я сказал - нет, в облачении жарко. Предложили в клобуке. Да, в клобуке хорошо, но очень многие люди не понимают, что такое клобук. А я должен быть понятен абсолютно для всех, буду выступать без всякого клобука, в одной рясе. Рясу я не могу снять, это моя одежда, я в ней постоянно хожу. Меня спрашивали: «На каком языке вы будете говорить?» - «Я буду говорить на своем языке - языке своей культуры, своего воспитания. Буду обращаться на простом, понятном для всех людей языке, рассказывать им о Христе, о Евангелии, чтобы не было восприятия Церкви как некоего фольклора, музейного экспоната. Самое главное - научиться говорить на современном языке, но не на пошлом языке, который разрушает нравственность и ценности бытия.

Я убежден, что тема языка - одна из самых важных сегодня в Церкви и церковной проповеди. Меня как-то спросили: «А можно в Церкви смеяться?» А почему нет? А можно в церкви аплодировать? Тысячу раз я выступал в греческих церквях, и мне аплодировали. Почему в Греции можно, а в России нельзя? Другой разговор, что мы не должны создавать никакой культурной экстравагантности. Если у нас не принято аплодировать - не надо, если не принято смеяться, не надо смеяться. А если уж кто-то засмеялся, то, пожалуйста, не отлучайте этого человека от Церкви.

 Из газеты «Вера-Эском» № 501

Печатается в сокращении

(фото: http://www.smolenskeparxi.ru)

КИФА №11(37) ноябрь 2005 года

 
<< Предыдущая   Следующая >>

Живой журнал Наш Живой журнал ВКонтакте Мы ВКонтакте Facebook Наш Facebook Твиттер @GazetaKifa

Наверх! Наверх!
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Majordomo.ru - надёжный хостинг Яндекс цитирования