gazetakifa.ru
Газета «Кифа»
 
Главная arrow Конференции и встречи arrow Кто не умер для любви, идите!
12+
 
Рубрики газеты
Первая полоса
Событие
Православие за рубежом
Новости из-за рубежа
Проблемы катехизации
Братская жизнь
Богословие – всеобщее призвание
Живое предание
Между прошлым и будущим
Внутрицерковная полемика
Язык Церкви
Конфессии
Конференции и встречи
В пространстве СМИ
Духовное образование
Церковь и культура
Церковь и общество
Прощание
Пустите детей приходить ко Мне
Книжное обозрение
Вы нам писали...
Заостровье: мифы и реальность
Люди свободного действия
Лица и судьбы
1917 - 2017
Гражданская война
Беседы
Миссионерское обозрение
Проблемы миссии
Раздел новостей
Открытая встреча
Встреча с Богом и человеком
Ответы на вопросы
Стихотворения
Региональные вкладки
Тверь
Архангельск
Екатеринбург
Воронеж
Санкт-Петербург
Вельск
Нижневартовск
Кишинев
Информационное агентство
Новости
Свободный разговор
Колонка редактора
Наш баннер!
Газета
Интернет-магазин
Интернет-магазин
Сайт ПСМБ
 
 
Трезвение
 
 
Печать E-mail
05.12.2018 г.

Кто не умер для любви, идите!

Доклад Е.Е. Старостенковой1 «Милосердие как образ жизни» об истории создания и деятельности Свято-Николаевского братства в Житомире (1918–1934), прозвучавший на конференции «Православные братства в истории России»

Image
Протоиерей Аркадий Остальский
 

Свято-Николаевское братство в Житомире родилось 1 сентября 1918 года по благословению архиепископа Волынского Евлогия (Георгиевского) и призыву протоиерея Аркадия Остальского, настоятеля житомирского Свято-Николаевского храма на Смолянском кладбище.

Рождение этого братства, вероятно, не было буквальным ответом на призыв патриарха Тихона. Ни в одном известном документе об истории братства нет упоминания о патриаршем призыве. Однако в воспоминаниях владыки Евлогия2 неоднократно говорится о полученных им в 1918 году телеграммах от патриарха Тихона, с которым Волынский архиерей был многие годы знаком лично и с которым был в единомыслии. Владыка Евлогий, как и патриарх, имел возможность убедиться в ходе деятельности Поместного собора, что смуту революционного брожения можно преодолеть молитвенным преображением3. Волынь, где разворачивалась деятельность братства, - это западная область Российской империи, воочию видевшая все ужасы Великой войны. Послереволюционные смуты здесь были усугублены национализмом и иноземными вторжениями. Архиепископ Евлогий первый раз подвергся аресту в том же 1918 году, когда благословил создание Свято-Николаевского братства, а через два года был выслан из страны. И судьба его детища – Свято-Николаевского братства – не была лёгкой. Трудности не помешали братству просуществовать более десяти лет и пережить несколько кампаний гонений: аресты 1922 и 1931 годов, закрытие храмов и даже официальный запрет на деятельность братства, после которого оно перешло на нелегальное положение.

О деятельности братства

Свято-Николаевское братство создавалось в форме союза, не привязанного к одному приходу. Дело это для Житомира не было ни необычным, ни организационно сложным. В городе до этого многие годы действовало Владимиро-Васильевское братство, объединявшее мирян из разных приходов.

Устроение нового братства совершилось чётко и быстро. В газете «Волынь» от 1 сентября 1918 года было напечатано обращение протоиерея Аркадия Остальского следующего содержания: «Добрые люди! К вам наши слова! Тесным кольцом стиснули нас беды. Дороговизна жизни, безработица, болезни и прочие страшные гости выбросили на улицу сотни несчастных. Каждый день несёт новые жертвы: то слышим мы о самоубийстве оставшегося без средств бывшего защитника несчастной Родины; то несутся печальные вести о заболеваниях и смертях от голода, а то и сами мы, стоя в очередях, видим, как падают на мостовую истощённые несчастные матери, единственные подчас кормилицы своих семейств... Кто не умер для любви, идите! Идите, ради Христа, ради страждущего ближнего и записывайтесь в члены Братства!»4

Учредительное собрание, которое проходило в тот же день в здании уездного суда, открыл сам архиепископ Евлогий, затем выступил о. Аркадий Остальский с обращением к мирянам и священнослужителям.

«Каждый день несёт новые жертвы: то несутся печальные вести о заболеваниях и смертях от голода, а то и сами мы, стоя в очередях, видим, как падают на мостовую истощённые несчастные матери, единственные подчас кормилицы своих семейств... Идите, ради Христа, ради страждущего ближнего и записывайтесь в члены Братства!»

Следующие пункты повестки дня включали чтение устава и выборы должностных лиц нового братства. Устав Братства определял цель его создания и деятельности как помощь бедным и страждущим, независимо от сословия. Сама же помощь должна была оказываться пищей, квартирой, одеждою и деньгами.

Вступающие в Братство обязывались ежемесячно вносить в его казну некоторую сумму денег, размер которой каждый из братчиков определял самостоятельно. Вместе с тем, насколько можно судить по доступной информации, одними взносами в братскую казну участие в деятельности этого братства не могло ограничиваться. От каждого члена братства непременно ожидалось и личное участие - как в жизни храма, так и в работах, организованных братством.

Вот как об этом вспоминала одна из деятельных участниц Свято-Николаевского братства София Зиновьевна Каррик:

«В братство я поступила в 1921 или 1922 году (точно не помню). Возглавлял это братство протоиерей Аркадий Остальский. Я узнала, что в братстве есть группы, как-то: больничная, благотворительная, погребальная, группа по пению и чтению в церкви. Записалась я в больничную группу, цель которой состояла в следующем: посещать больных, оказывать им медицинскую санитарную помощь, а также и материальную. Средства для этого были от добровольных взносов членов братства. <...> Собрания братские бывали в церкви после службы, на которых говорилось о нуждах по поступавшим в братство заявлениям, и здесь же распределялось, каким лицам надо было выполнять эти нужды.

Отец Аркадий отличался добротой и жертвенностью, о которой говорили, что она выходит за пределы понимания эгоистичных людей. О его бескорыстии в городе ходили легенды. Он ставил близких в тупик своим абсолютным равнодушием к любым вещам, в его комнате, как правило, практически не было личных вещей. Рассказывали, что он, отправившись однажды в Киев в сапогах, пришел в матерь городов русских в лаптях - поменялся обувью с кем-то из встреченных им по пути бедняков. Таких историй было немало. Известен был о. Аркадий и как блестящий проповедник и миссионер. В дореволюционные годы он много содействовал переходу в православие членов многочисленных на Волыни сект. Был он и блестящим организатором массовых многодневных крестных ходов в Почаевскую Лавру и в Киев.

Одним словом, был он личностью известной и популярной - как в самом городе, так и на Волыне. Со временем приток молящихся в храмы, в которых служил о. Аркадий5 , вырос настолько, что ему пришлось, подобно праведному отцу Иоанну Кронштадтскому, применять общую исповедь»6.

На молитвенную память духовным чадам о. Аркадий дарил свои фотографии с дарственными надписями. Одной из них - братчице Галине Ивановой он написал следующие слова:

«Всем не помочь, себе не говорите,
Вдовицы лепту принял же Христос.
Хоть одному страдальцу помогите,
Хоть каплю осушите слёз.
Труд и смиренье
Есть лучшее для христианина утешение.
И счастлив тот, кто в день несчастья
Хоть раз дал руку бедняку,
И осушил слезу участьем,
И в радость обратил тоску».

Первое четверостишье о. Аркадий взял из стихотворения «В альбом» члена Свято-Николаевского братства поэта Константина Константиновича Роше7.

В братство потянулись и жители соседних деревень. Об этом имеются документальные свидетельства. А общее число членов братства в годы расцвета его деятельности (1918-1922) достигало 120 человек8. Это, вероятно, немало для города, население которого в первые революционные годы составляло 90 тысяч человек. Но и не так уж много. Скажем, в Красную армию в мае 1919 года записалось из жителей Житомира 600 человек. В одном только мае и в одном только 1919 году.

Среди членов братства были представители всех слоёв тогдашнего российского общества - от обывателей небольшого городка на Волыни и крестьян соседних деревень до представителей высших слоёв тогдашнего российского общества, включая близких к императорской фамилии людей. Их стремление исполнить евангельские заповеди было свободным личным выбором и отнюдь не диктовалось ни общественным, ни имущественным положением.

Хочется особенно подчеркнуть, что в числе членов братства не было людей, обладавших в послереволюционные годы какими-то особыми материальными возможностями. Большинство из них пребывали в тех же условиях, что и все остальные горожане. Их милосердие и готовность поделиться последним были основаны на убеждении в том, что без веры и любви к ближнему все людские старания тщетны. «Так хотелось бы мира не только на словах, но и на деле. Мира и любви. Последнее не признаётся людьми настоящего времени, а прочно только то, что на ней зиждется, а без неё всякое создание построено как на песке», - так писала о своих чаяниях Наталья Ивановна Оржевская, которая с 1925 по 1933 годы была председателем Свято-Николаевского братства9.

Наталья Ивановна Оржевская (Шаховская) в Казахстане. 1938 г.
Наталья Ивановна Оржевская (Шаховская) в Казахстане. 1938 г.

Возможно, что на первых порах, действительно, основу средств братства составляли денежные средства Натальи Ивановны Оржевской (урождённой княжны Шаховской), с первых дней существования братства принявшей в его деятельности самое активное участие, в том числе и финансовое. Однако источник доходов скоро иссяк и у неё. С установлением советской власти на Волыни в 1920 году её имение было национализировано, и на дела милосердия она тратила деньги, заработанные преподаванием немецкого языка, и финансовую помощь от членов семьи. Семья же и сама пребывала в эти годы в весьма стеснённых обстоятельствах, о чём красноречиво свидетельствует переписка племянницы Н.И. Оржевской, Н.Д. Шаховской-Шик, с мужем, о. Михаилом Шиком10. Скорее всего, не материальная помощь, а деятельное участие в судьбах людей и посильное содействие - вот что было главным стержнем деятельности Свято-Николаевского братства11. И главным смыслом для самих братчиков, стремившихся воплотить свои чаяния и надежды на лучшую жизнь не в делах ненависти и насилия, а в делах милосердия.

Наталья Ивановна Шаховская в молодости
Наталья Ивановна Шаховская в молодости

Хроника гонений

В 1922 году о. Аркадий Остальский был арестован. Судебный процесс по обвинению его в антисоветской деятельности во время кампании по изъятию церковных ценностей закончился смертным приговором. Очевидцы утверждают, что священник заснул на судебном заседании и приговор свой проспал. Когда его разбудили и объяснили, что его приговорили к смерти, спокойно ответил: «На всё воля Божья, - смерть для меня избавление». Однако смертный приговор по многочисленным ходатайствам братчиков был заменён на заключение, сроки которого неоднократно пересматривались и сокращались.

А братство продолжало действовать. Но уже гораздо менее открыто, чем это было прежде. Не только его деятельность постепенно становилась всё менее открытой, но и атмосфера внутри самого братства становится более скованной - страх доносов сменил прежнюю атмосферу взаимного доверия. И всё же братский дух продолжал жить в этих людях.

Отец Аркадий вышел на свободу в 1925 году. Жена его покинула и попросила развод. Детей в их браке не было, о. Аркадий воспринял развод как освобождение для будущего пострига и отправился помолиться в Дивеево.

«Будешь епископом, но из тюрьмы не выйдешь», - такое предсказание получил он от Дивеевской блаженной. В Сарове о. Аркадий был пострижен в мантию, а в сентябре 1926 года он стал епископом Лубенским, викарием Полтавской епархии. В октябре того же года вновь был арестован и подвергался высылке в разные города - в Харьков, в Туапсе, в Казань...

В 1927 году власти закрыли оба братских храма. Наталья Ивановна как председатель Братства хлопотала в Харькове о передаче Братству Свято-Покровского храма, но безуспешно. Братчики вынужденно перешли на нелегальное положение и переместились вместе со священниками Иоанном Серовым и Юлианом Красицким в Иаковлевскую церковь, расположенную на Русском кладбище Житомира.

Часть братчиков поселилась неподалеку от храма. Один из домов полностью принадлежал им. Все жили единой общиной, проводили совместные трапезы, по четвергам и пятницам совершались богослужения в кладбищенской церкви специально для братчиков. Деятельность братчиков (их число значительно сократилось) всё больше концентрировалась на помощи ссыльному духовенству и их семьям. Однако братство оставалось действующим и тогда, когда его храмы были закрыты, многие братчики - как миряне, так и священники - подверглись гонениям, а иные отпали от братства12.

А владыка Аркадий после мытарств по разным городам нелегально поселился в Ленинграде и тайно служил в подворье Киево-Печерской лавры. Новый арест - в мае 1928 года - застал его в Москве. В первопрестольной он сблизился с мечёвским кругом. Но ему не было суждено пробыть в столице долго. После ареста он был заключён в Бутырскую тюрьму, а затем приговорён к пяти годам лагерей. Срок отбывал на Соловках. В лагере срок ему продлили ещё на 5 лет.

Известно, что в 1931 году Наталья Ивановна ездила к владыке Аркадию в лагерь на Соловки и привезла ему свидетельства того, что братство продолжало действовать, несмотря на ужесточение репрессий13.

В голодные годы 1932-1933 благодаря деятельности братства были спасены жизни сотен жителей города. Рассказывали, что Наталья Ивановна Оржевская, получив переводы через Торгсин от родственников из-за границы, приобретала необходимые продукты питания. В день, когда она получала такие переводы, все те, кому она оказывала помощь, уже ждали её на пути от магазина до квартиры. Домой она часто приходила только с маленьким мешочком крупы.

В 1934 г. была арестована племянница Н.И. Оржевской - Наталья Сергеевна Шаховская. За «связь с заграницей» её отправили в ссылку в Казахстан, за ней туда отправилась и тётя.

Н.И. Оржевская прожила в ссылке почти пять лет, продолжая вести деятельную и активную жизнь. Умерла она 15 июня 1939 года, посетовав перед смертью о том, что очень расстроит своим уходом брата - Дмитрия Ивановича Шаховского, очень её любившего. Не могла она тогда знать, что весть о её смерти до брата не дойдёт. Он был расстрелян 15 апреля 1939 года на спецобъекте «Коммунарка».

А священномученик Аркадий (Остальский)14, епископ Бежецкий, не имевший возможности потрудиться на своей кафедре после назначения на неё ни одного дня, был арестован через несколько месяцев после освобождения из десятилетнего Соловецкого заточения. Отвечая на вопрос следователя о том, что необходимо сделать для укрепления церкви, он говорил: «Церковь расшатывается вследствие нашего нравственного падения, ...чтобы укрепить Церковь, необходимо в основу положить наше нравственное усовершенствование. Нравственное усовершенствование является единственным средством укрепления Церкви, наивысшим средством мы не можем располагать».

По приговору тройки владыка был расстрелян на Бутовском полигоне 29 декабря 1937 года.

Image
Слева направо: протоиерей Иоанн Серов и священномученик епископ Аркадий (Остальский) (фотография второй половины 1920-х годов)
 

-----------------

1 Е.Е. Старостенкова, внучка погибшего в годы репрессий священника Михаила Шика и Натальи Дмитриевны Шаховской, - директор Благотворительного фонда «101 км. Подвижники Малоярославца».

2 Митрополит Евлогий (Георгиевский). «Путь моей жизни». Режим доступа: https://azbyka.ru/fiction/put-moej-zhizni/2/#n16. Напомним, что владыка после высылки из России многие годы возглавлял русские православные приходы Московской Патриархии в Западной Европе (а с 1931 года - Западноевропейский экзархат русских приходов в юрисдикции Константинопольского Патриархата). В 1922 году по предложению патриарха Тихона был возведен в сан митрополита.

3 Об этом владыка писал, в частности, в своих воспоминаниях о работе Поместного собора, делегатом и главой одного из комитетов которого он являлся. См. там же.

4 О. Николай Доненко. Свято-Николаевское братство священномученика Аркадия (Остальского) в Житомире. Режим доступа: http://pandia.ru/text/77/368/90658.php

5 Братство сохраняло за собой два домовых храма - Трехсвятительский, в здании бывшей семинарии, и небольшой Благовещенский в Каретном переулке в здании бывшей духовной консистории. Настоятелем обоих также был о. Аркадий.

6 О. Николай Доненко. Свято-Николаевское братство священномученика Аркадия (Остальского) в Житомире. См. http://pandia.ru/text/77/368/90658.php

7 К.К. Роше известен также как воспитатель будущего поэта Саши Чёрного, которого он взял к себе ребёнком.

8 Там же. Отец Николай Доненко в своей статье о деятельности братства пишет, что имена всех братчиков известны, однако списка не прилагает.

9 Из письма Н.И. Оржевской своей племяннице А.Д. Шаховской от 02.08.1935 г. Семейный архив Шиков-Шаховских.

10 См. Непридуманные судьбы на фоне ушедшего века». КПФ «Преображение», М., 2015, 2017.

11 Память о деятельности Свято-Николаевского братства в Житомире жива и сегодня. О братстве опубликовано несколько работ местных историков и краеведов.

12 Так, согласно сведениям из частично опубликованного дневника о. Иоанна Серова, в лучшие годы в братстве было около 100 членов, а в период после 1927 года - 10-15 членов (см.: http://

www.proza.ru/2008/04/17/39).

13 В ночь с 16 на 17 марта 1931 г. были арестованы священники Свято-Николаевского братства о. Юлиан Красицкий, протоиерей Иоанн Андреевич Серов, протоиерей Александр Васильевич Гаврилюк, о. Илья Александрович Николаев, а также миряне и братчики Пётр Фролов, Неонила Авхукова, Софья Каррик и монахиня Хиония (Ящинская).

14 Причислен к лику новомучеников и исповедников Российских на юбилейном Архиерейском соборе Русской православной церкви в августе 2000 года для общецерковного почитания.

Кифа № 3 (235), март 2018 года

 
<< Предыдущая   Следующая >>

Живой журнал Наш Живой журнал ВКонтакте Мы ВКонтакте Facebook Наш Facebook Твиттер @GazetaKifa

Наверх! Наверх!
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Majordomo.ru - надёжный хостинг Яндекс цитирования