gazetakifa.ru
Газета «Кифа»
 
Главная arrow Язык Церкви arrow «Установить раз и навсегда определённые чины нельзя, как нельзя остановить развитие человечества». Фрагмент доклада К.А. Мозгова
12+
 
Рубрики газеты
Первая полоса
События и комментарии
Православие за рубежом
Новости из-за рубежа
Проблемы катехизации
Братская жизнь
Богословие – всеобщее призвание
Живое предание
Между прошлым и будущим
Внутрицерковная полемика
Язык Церкви
Конфессии
Конференции и встречи
В пространстве СМИ
Духовное образование
Церковь и культура
Церковь и общество
Прощание
Пустите детей приходить ко Мне
Книжное обозрение
Вы нам писали...
Заостровье: мифы и реальность
Люди свободного действия
Лица и судьбы
1917 - 2017
Миссионерское обозрение
Проблемы миссии
Раздел новостей
Открытая встреча
Встреча с Богом и человеком
Ответы на вопросы
Стихотворения
Региональные вкладки
Тверь
Архангельск
Екатеринбург
Воронеж
Санкт-Петербург
Вельск
Нижневартовск
Кишинев
Информационное агентство
Новости
Свободный разговор
Колонка редактора
Наш баннер!
Газета
Интернет-магазин
Интернет-магазин
Сайт ПСМБ
 
 
Трезвение
 
 
Печать E-mail
26.05.2017 г.

«Установить раз и навсегда определённые чины нельзя, как нельзя остановить развитие человечества»

Фрагмент доклада К.А. Мозгова «Литургическая реформа в России в XVII в.» на Сретенских чтениях в Свято-Филаретовском институте

Image 

«Трагическое явление старообрядческого раскола, возникшего в связи с исправлением богослужебных книг при патриархе Никоне, настолько потрясло Русскую Церковь и запугало церковную власть, что с конца XVII в. прекращаются её заботы об улучшении богослужебного текста, которые являлись традиционными с конца XV в. и выражались в многократном, можно сказать, почти непрерывном исправлении текста московскими справщиками – монастырскими старцами и протопопами в XVI и XVII веках»1.
Б.И. Сове

Богослужение на протяжении всей христианской истории так или иначе трансформировалось, реформировалось, обретало новые формы и далеко не сразу стало столь сложным и разнообразным по своей форме и содержанию. На Руси долгое время изменения были столь несущественными, что сам процесс проходил малозаметно и никакого раскола не порождал (так, переход со Студийского устава на Иерусалимский прошёл спокойно во многом в силу их сходства). Указ об унификации богослужебных книг издавал и митр. Киприан2. «Сознание, что наши церковные книги неисправны, заключают в себе много погрешностей, что их необходимо исправлять и притом по греческому тексту, существовало у нас давно. Книжные исправления Максима Грека, так печально окончившиеся для самого исправителя, были вызваны этим именно признанием неисправности существующих наличных славянских переводов»3. Это один из драматических моментов русской истории, поскольку Максима Грека обвинили в сознательной ереси, хотя он всего лишь (не очень хорошо владея славянским) путал в своих переводах аорист и перфект. Ещё более трагические события связаны с реформой богослужения XVII века.

...Долгое время бытовало мнение, что Никон лишь хотел исправить церковные книги не только по славянским, но и по греческим, и притом древним, спискам, чтобы устранить все вкравшиеся со временем прибавки и новшества, а также погрешности переписчиков. Как писал А.А. Дмитриевский, «общепринятой оставалась историографическая схема, содержащаяся в предисловиях к никоновским изданиям богослужебных книг. Эту точку зрения хорошо сформулировал митр. Макарий (Булгаков): «Никон, – писал он, – пожелал исправить наши церковные книги не по одним славянским, но и по греческим спискам, и при том по спискам, славянским и греческим, древним, чтобы очистить эти книги от погрешностей, прибавок и новшеств, которые вкрались в них с течением времени, особенно в два последних столетия» (Макарий V, 117)»4.

Но «...беспристрастный анализ новоисправленных книг, которыми Русская Церковь и славянские балканские Церкви пользуются до сего дня, сравнительное изучение их с греческими и старопечатными книгами, последние работы русских историков и литургистов в начале ХХ в. установили новые факты, неизвестные даже корифеям русской исторической науки (например, Е.Е. Голубинскому), и показали дефекты справы5. Никоновские справщики и их преемники, как выяснилось, не пользовались греческими «харатейными» книгами, как утверждало предисловие к Служебнику 1655 г. Привезённые в большом количестве (а на самом деле – не таком уж и большом, – см.: Дмитриевский. Цит. соч. – К.М.) для справщиков с Афона Арсением Сухановым греческие рукописи не были ими использованы, обогатив лишь Московскую Патриаршую (Синодальную) библиотеку. Навряд ли справщики и могли бы справиться со сложными текстуальными проблемами греческого рукописного наследия со множеством вариантов и разными редакциями чинов. Справщики разрешали задачу более просто, пользуясь печатными книгами, большей частью юго-западной печати»6.

...В 1655 г. выходит первая исправленная книга – Служебник. Изменения касаются не столько языка (языка даже в меньшей степени), сколько обряда: например, католиков теперь не перекрещивают, а миропомазывают.

Созывается собор, на который приглашаются восточные патриархи. Несмотря на полученное от патриарха Константинопольского письмо, где он пишет, что обряд и различия – вещи вторичные, в 1656 году в Неделю Торжества православия, в Успенском соборе провозглашается соборная анафема (с участием патриархов Антиохийского и Сербского) не только еретикам, но и двоеперстию. Встаёт вопрос о необходимости и достаточности – т. е. можно ли спастись по старым книгам? Многие утверждают, что если отцы спасались, то и нет необходимости что-то менять. На это следует обратная реакция: накладываются клятвы и анафемы на старые книги и обряды (и кто-то воспринимает это как анафему всем старым русским святым, придерживавшимся этих обрядов).

В 1658 г. Никон оставляет кафедру, однако раскол нарастает. Собор 1666-1667 гг. провозглашает обязательной «трегубую Аллилуйю» и соборно (с восточными патриархами) анафематствует старообрядцев.

В данном случае получилось, что греки поступили не слишком дальновидно – поддержав эти анафемы, они помогли сделать богослужебные различия догматическими, тем самым только укрепив позиции старообрядцев, которые получили подтверждение, что вопрос обрядов – именно догматический. Стоит отметить, что при этом реформа, окончательно соединившись с догматикой, потеряла всякий смысл.

Ещё одним принципиальным моментом, приведшим к столь острой реакции на реформу патр. Никона, было то, что она проводилась именно как реформа, «спущенная» сверху и обязательная для всех. Возможно, что при других методах проведения она не вызвала бы такого протеста. Спорна и сама задача не просто выработки эталона богослужебного славянского текста, но именно его унификации с греческим образцом. Дмитриевский отмечает, что «такого полного тожества церковно-богослужебной практики в церквах Православного греческого востока история христианской церкви и богослужения не знала и не знает до настоящего времени, в силу того обстоятельства, что православное богослужение имеет своей задачей воспитывать и удовлетворять запросы людей известного времени, известного места. Каждая церковь пользовалась своими чинами и может вырабатывать новые чины, вызываемые потребностями данного времени. Установить раз и навсегда определенные чины нельзя, как нельзя остановить развитие человечества»7.

Были в новых книгах серьёзные недостатки и с точки зрения языка: много грецизмов (прежде всего синтаксических), произвольные замены слов, непонятные выражения. Всё это тоже вызывало справедливое недоумение.

Позже патр. Иоаким продолжил справу, и к концу XVII века происходит унификация богослужения на территории всей России. Но ошибки в новых книгах сохранялись, что требовало дальнейшей работы. В то же время оставался страх перед тем, что это вызовет новый раскол, и реформу остановили. Таким образом, получившиеся книги стали образцом на последующие по меньшей мере три столетия.

Полностью этот и другие доклады, прозвучавшие на XXIII ежегодной международной научной богословской конференции студентов, аспирантов и молодых специалистов «Сретенские чтения», можно прочитать на диске, выпущенном издательством СФИ.

--------------

1 Сове Б.И. Проблема исправления богослужебных книг в России в XIX-XX веках //Богословские труды. М., 1970 г., Т. 5. С. 25.

2 Митрополит Киприан (ок. 1330 – 16 сентября 1406) – митрополит Киевский, Русский и Литовский (1375-1380), митрополит Малой Руси и Литвы (1380–1389), митрополит Киевский и всея Руси (1389-1406), единственный из митрополитов Владимиро-Московской Руси XIV века христианский политический деятель, не подчинившийся власти Золотой Орды, писатель, редактор, переводчик и книгописец. – Ред.

3 Каптерев Н.Ф. Патриарх Никон и его противники. (дата обращения: 31.01.2017).

4 Дмитриевский А.А. Исправление книг при патриархе Никоне и последующих патриархах. М., 2004. С. 9.

5 О том, откуда были заимствованы исправления, чьё влияние они отразили, кто были основные «справщики» и какие цели преследовал сам патриарх Никон, см. там же.

6 Сове Б.И. Проблема исправления богослужебных книг в России в XIX-XX веках //Богословские труды. М., 1970 г., Т. 5. С. 25.

7 Дмитриевский А.А. Исправление книг при патриархе Никоне и последующих патриархах. М., 2004. С. 28.

Кифа № 4 (222), март 2017 года

 
Следующая >>

Живой журнал Наш Живой журнал ВКонтакте Мы ВКонтакте Facebook Наш Facebook Твиттер @GazetaKifa

Наверх! Наверх!
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Majordomo.ru - надёжный хостинг Яндекс цитирования