gazetakifa.ru
Газета «Кифа»
 
Главная arrow Первая полоса arrow Приход должен быть единой семьёй. Интервью епископа Бишкекского и Кыргызстанского Даниила
12+
 
Рубрики газеты
Первая полоса
События и комментарии
Православие за рубежом
Новости из-за рубежа
Проблемы катехизации
Братская жизнь
Богословие – всеобщее призвание
Живое предание
Между прошлым и будущим
Внутрицерковная полемика
Язык Церкви
Конфессии
Конференции и встречи
В пространстве СМИ
Духовное образование
Церковь и культура
Церковь и общество
Прощание
Пустите детей приходить ко Мне
Книжное обозрение
Вы нам писали...
Заостровье: мифы и реальность
Люди свободного действия
Лица и судьбы
1917 - 2017
Миссионерское обозрение
Проблемы миссии
Раздел новостей
Открытая встреча
Встреча с Богом и человеком
Ответы на вопросы
Стихотворения
Региональные вкладки
Тверь
Архангельск
Екатеринбург
Воронеж
Санкт-Петербург
Вельск
Нижневартовск
Кишинев
Информационное агентство
Новости
Свободный разговор
Колонка редактора
Наш баннер!
Газета
Интернет-магазин
Интернет-магазин
Сайт ПСМБ
 
 
Трезвение
 
 
Печать E-mail
15.01.2015 г.

Приход должен быть единой семьёй

Интервью епископа Бишкекского и Кыргызстанского Даниила газете «Кифа»

Епископ Бишкекский и Кыргызстанский Даниил
Епископ Бишкекский и Кыргызстанский Даниил
 

Владыка, Вы начали управ­лять епархией совсем недав­но. Можете ли Вы уже отме­тить какие-то особенности церковной жиз­ни в Киргизии?

Такие осо­бенности, конечно, есть. Земля Кирги­зия, и Ташкентская и Средне-Азиатская епархия, в состав которой она входила, всегда была таким отдалённым уголоч­ком, и духовенство, и народ здесь жили как-то самостоятельно. Лишь несколько лет назад Киргизия была выделена в от­дельную епархию, и православные люди лишь как бы привыкают к иерархии, к тому, что архиерей всегда рядышком, что к нему можно прийти, что можно по­советоваться, благословения спросить. Это первая особенность.

При этом, конечно, менталитет Средней Азии, Востока, самого Кыргыз­стана, традиции киргизов отражаются на всех, кто здесь проживает, в том числе и на русских. Только в самом Бишкеке проживает 152 национальности, при­чём среди них меньше всего тех, кто исповедует православие. Православные в основном - русскоязычные люди, не только русские, и восточная менталь­ность, конечно, на них отражается - и приветливость, и добродушие, и просто­та - всё это есть здесь в людях, простые они, ничего не держат за душой: что есть, то есть. Вот это вторая особенность.

Сказывается ли на церков­ной жизни то, что сейчас из Киргизии идёт большой от­ток русского населения?

Конечно. Прихожан становится всё меньше. Но что делать? Есть определён­ные тенденции, их можно притормо­зить, но нельзя остановить. Это зависит уже от внутренней политики самого государства, от стабильности эконо­мики и социальной жизни. Я верю, что Киргизия со временем поднимется. Бог дал Киргизии всё: и ресурсы, и обра­зование. Ведь среди среднеазиатских республик Киргизия по образованию на первом месте, в Киргизии самое большое количество университетов достаточно высокого уровня. И про­свещённость здесь - некая тенденция. Я надеюсь, что эти положительные мо­менты в самом государстве будут играть только на положительное, на то, чтобы русские оставались здесь, жили, умно­жались, трудились и помогали Кыргыз­стану развиваться. Мы все понимаем, что русские играли здесь роль именно устроителей, поднимателей. Они под­няли эту землю, и можно не сомневаясь сказать: русские помогли киргизам создать своё государство. Это важный момент. Но мы не должны этим кичить­ся, наоборот, мы должны понимать, что должны продолжать помогать этому на­роду в его дальнейшем развитии, имен­но в утверждении и самоутверждении, развитии государственности... При том, что киргизы по ментальности близки к русскому народу.

Сегодня на литургии в со­боре были две киргизки, зна­чит, всё-таки киргизы при­нимают православие?

К сожалению, многие киргизы уходят в секты, причём христианские. Надо ра­ботать над тем, чтобы людей потихонеч­ку выводить оттуда. Это тяжёлая, рутин­ная, длительная работа. Надо приводить людей к православию или исламу (мы не должны забывать, что основная тенден­ция в религии здесь - ислам, а затем уже православие). Я надеюсь, что тем, кто будет выходить из сект с христианскими тенденциями, православие будет ближе. Поэтому люди потихонечку приходят, и моя первая задача - ни одного человека, тем более из киргизов или людей других национальностей, - не отрешать, т. е. не отталкивать, а, наоборот, принять с любовью, чтобы они себя чувствовали как дома.

Есть ли такие вопросы современ­ной церковной жизни, решение которых Вы считаете наиболее важным, актуальным для обнов­ления, развития церковной жизни в епархии? Мы сталкивались здесь с тем, что некоторые священни­ки унывают: русские разъезжа­ются, прихожан всё меньше...

Конечно, печальные, упаднические настроения есть. Нужно консолидиро­вать русский мир, объединять людей, и, конечно, моя задача - это объединение вокруг храмов именно русского мира, чтобы не было раздробленности, но чтобы чувствовалась именно сила и единство мира, чтобы было единение. Пускай хоть 40-50 объединений, но они собраны вокруг храма, и люди знают, что это православные. Это очень важ­ный момент. Да, народа стало меньше, и русского тоже, но они не исчезли. Конеч­но, очень мало людей проживает на юге Киргизии, но в Бишкеке и на Иссык-Куле ещё очень большой потенциал... Здесь люди живут, и к ним приезжают гости, круглый год отдыхающие приезжают то в горы, то летом на Иссык-Куль, тем более что природа тут действительно просто божественная. И русские стре­мятся сюда, потому что знают, что здесь можно спокойно и дёшево отдохнуть, и при этом не надо куда-то далеко ехать, выкладывать большие деньги. И комфортно, и просто, и качественно, и экологически чисто. Эта тенденция сохраняется, и я говорю отцам: вы не унывайте! Конечно, тяжело становится, но ничего, живём ведь...

Как возможно достичь тако­го церковного единения?

Достичь этого возможно только через консолидацию самого духовен­ства, чтобы прежде всего священники чувствовали себя единой семьёй, чтобы не был каждый сам по себе, чтобы свя­щенники имели попечение, переживание друг за друга. А отсюда уже вырастает забота непосредственно о прихожанах, о том, чтобы это были не просто захожане, но прихожане, которые есть единая се­мья. Вот чего я добиваюсь. Но и самому надо в первую очередь показывать при­мер своей жизнью. Хотя бы в масштабе Воскресенского кафедрального собо­ра - здесь тоже должно быть единение, должно быть качество церковной жизни, приход должен быть единой семьёй. Когда я только приехал, то увидел раз­розненность людей: например, бабушка с дедушкой реально чуть не подрались, а спор был в том, можно ли исповедо­ваться вечером накануне литургии или же правильно исповедоваться во время литургии. Это элементарный вопрос. Понятно, что предполагается исповедо­ваться вечером, чтобы уже вечером пре­бывать в покаянии, а наутро готовиться к литургии, к принятию Тела Христова, а не суетиться. Есть практические во­просы, есть святоотеческие, есть кано­нические. Возникновение таких вопро­сов связано с тем, что народ немножко не воцерковлён, даже внутри церкви.

То есть уже понятно, что не­обходимо просвещение, в том числе и крещёных людей?

Конечно. У нас тут есть забота об образовательном деле. И опять же для этого необходима консолидация ду­ховенства, чтобы звучала проповедь, чтобы священники понимали, что нужно объяснять элементарные вещи.

Я обращаю на это внимание и стараюсь сам это делать. Например, бывает, что в соборе люди неправиль­но подходят ко причастию, т. е. видно, что они не понимают, что делают, хотя многие из них являются прихожанами. Практически каждый раз после службы я объясняю, объясняю, объясняю, по­тихонечку, мирно: братья и сёстры, есть определённые традиции, есть правила... Важно, чтобы люди не просто услышали и поняли, но ещё и приняли, и исполни­ли это в своей жизни.

Как Вы относитесь к проведению в епархии огласительных бесед? Здесь проводятся обязатель­ные беседы перед крещением?

Они тут необходимы. Потому что люди пришли, но они неграмотны, и в своей безграмотности, в темноте они потом от Бога отходят. Чаще всего они не прихожане, но в лучшем случае являются захожанами, а чаще бывает - вообще отходят от церкви и становятся «атеистами». В Москве я часто слышал: «Я атеист». - «Как это - атеист? Вы хоть понимаете, что такое атеист?» - «Нет». Поэтому необходимо, чтобы люди при­ходили в церковь осознанно, понимая, к чему они приходят, что от них требуется, что они обязаны делать, что им Господь дает в этом случае. Поэтому огласитель­ные беседы обязательно нужны, но мы будем их дорабатывать с учётом специ­фики церковной жизни в нашем регионе. Нужно, чтобы эти 12 бесед обретали качество, может быть, их будет не 12, а 6, но надо их сделать именно качествен­ными.

У многих сейчас скорее языческое отношение к крещению - человек хочет креститься для того, чтобы его кто-то от чего-то оберегал...

Это действительно так. Многие стараются находить лазейки, креститься без оглашения, - при желании возможно такие места найти. Если человек не хочет быть грамотным, что поделать? Но это абсурдно, конечно, - если человек имеет профессию, он же ей когда-то учился? На самом деле, это очень опасная тенден­ция, она ни к чему не приводит, кроме упадка. Поэтому - да, сложно, много проблем возникает, но надо их решать, надо идти вперёд.

Беседовала Ольга Борисова

Свято-Воскресенский кафедральный собор в Бишкеке
Свято-Воскресенский кафедральный собор в Бишкеке

КИФА №15(185), декабрь 2014 года

 
<< Предыдущая   Следующая >>

Живой журнал Наш Живой журнал ВКонтакте Мы ВКонтакте Facebook Наш Facebook Твиттер @GazetaKifa

Наверх! Наверх!
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Majordomo.ru - надёжный хостинг Яндекс цитирования