gazetakifa.ru
Газета «Кифа»
 
Главная arrow Прощание arrow Она была необыкновенно жертвенным человеком (КИФА 56)
12+
 
Рубрики газеты
Первая полоса
Событие
Православие за рубежом
Новости из-за рубежа
Проблемы катехизации
Братская жизнь
Богословие – всеобщее призвание
Живое предание
Между прошлым и будущим
Внутрицерковная полемика
Язык Церкви
Конфессии
Конференции и встречи
В пространстве СМИ
Духовное образование
Церковь и культура
Церковь и общество
Прощание
Пустите детей приходить ко Мне
Книжное обозрение
Вы нам писали...
Заостровье: мифы и реальность
Люди свободного действия
Лица и судьбы
1917 - 2017
Гражданская война
Беседы
Миссионерское обозрение
Проблемы миссии
Раздел новостей
Открытая встреча
Встреча с Богом и человеком
Ответы на вопросы
Стихотворения
Региональные вкладки
Тверь
Архангельск
Екатеринбург
Воронеж
Санкт-Петербург
Вельск
Нижневартовск
Кишинев
Информационное агентство
Новости
Свободный разговор
Колонка редактора
Наш баннер!
Газета
Интернет-магазин
Интернет-магазин
Сайт ПСМБ
 
 
Трезвение
 
 
Печать E-mail
26.11.2006 г.

Она была необыкновенно жертвенным человеком

Слово в память Аллы Даниловны Василевской (+ 6.11.06)

ImageМожет быть, не все знают, кто такая Алла Даниловна Василевская. Она пришла к вере в начале 1990-х годов. Жизнь ее была отнюдь не самой легкой. С детства вместе с отцом она была в Воркуте - среди ссыльных, невинно страдавших. Потом она переехала сюда, в центр, стала врачом-наркологом, кандидатом медицинских наук. Лечила известных людей, в т.ч. Высоцкого. Она никогда не забывала своего отца и всегда стремилась быть благородным человеком. Она помнила и свою землю, часто вспоминала Белоруссию и белорусский язык, насколько это было возможно, по впечатлениям раннего детства.

И все-таки новая жизнь началась тогда, когда она пришла к Богу, пришла в Церковь, стала христианкой. Будучи по характеру очень деятельным человеком, она сразу включилась в помощь церкви. Она просто не могла не помогать. Делала так, как могла, то, что могла, невзирая ни на что. Она была готова делать самую черную работу. Будучи кандидатом наук, известным специалистом, она могла работать уборщицей в храме. Даже когда вещи выскальзывали у нее из рук, иногда бились, это было печально, но это было не препятствие. Она очень привязалась к нашему братству, к нашему приходу (сперва это был Владимирский собор).

И вот настал 1993-94 год - первые большие гонения на наше братство. Она их пережила необыкновенно тяжело. Когда в храме на Сретение 1994 года она увидела, как пытаются изгнать живую Церковь из церкви - с нагайками, силами Черной сотни, ложью и клеветой - она сказала: «Я буду всю жизнь служить правде Божьей и биться за нее». Потом она перешла вместе со всеми нами на служение в Успенский храм в Печатниках. И там тоже ежедневно, бросив все свои житейские дела и заботы, трудилась. Она даже жила в храме, потому что дел было много, а помогавших людей недостаточно. Годы были очень трудные - 1990-е годы, вы их помните. Но она знала, что в Сретенском монастыре в 1994 году произошло некое насилие, некая несправедливость, и она делала все для того, чтобы восстанавливать «скинию Давидову падшую».

Она была человеком особого характера. Не всем и не всегда с ней было легко. Так бывает, особенно с людьми очень активными, деятельными, со своими идеями, со своими представлениями о жизни. Она питалась и мудростью истории, народа, и мудростью Церкви, которую она очень глубоко чувствовала и буквально поглощала, вбирала в себя. Она никогда не уставала это делать и готова была вникать в жизнь Божью и в жизнь Церкви каждый день, как и в Слово Божье. У нее никогда не было разрыва между ее верой и принципами ее жизни. Она возрастала в вере и всегда старалась как-то исправлять свои недостатки и согрешения.

Она была необыкновенно жертвенным человеком и была готова отдать абсолютно все, все свои накопления за всю жизнь. Представьте себе, что вот в эти голодные годы, в первую половину 1990-х, человек приносит и жертвует, скажем, золотые червонцы дореволюционной чеканки, серебряные ложки и т.д. Из того, что она накапливала, что она ценила, будучи человеком нецерковным, не осталось ничего, чем бы она не пожертвовала. Она передала и свою квартиру братству, которому служила тоже до конца дней своих.

Image
У храма преп. Сергия Радонежского после снятия прещений. 15 марта 2000 г.
Но время шло. Настал 1997 год, и она увидела картину еще более страшную, чем в 1994 году. Все происходило на ее глазах, и она в какой-то момент просто как бы обезумела от того зла, от той жестокости, от того коварства, которое было применено против нее тогда, 29 июня 1997 года. И она сказала: «Я добилась реабилитации своего отца по плоти, я добьюсь реабилитации и своего отца по духу». Она верила, что придет такой момент, что правду Божью победить нельзя, какие бы силы против нее ни выступали. Конечно, она была одной из тех, кто потом был отлучен от причастия на несколько лет, без всякой вины, вместе с 12 лучшими нашими прихожанами, которых все хорошо помнят. И она пронесла эту горечь так, как смогла, насколько хватило ее сил и многого добилась, хотя иногда в чем-то срывалась. Она говорила: «Я не могу простить тех, кто напал на нас. Я не смогу вместе с ними причащаться». В 2000 году, как вы помните, Великим постом были сняты все запрещения, хотя сделано это было так, как всегда это делается в таких случаях, когда большое беззаконие пытаются загладить тихонечко, под шумок. Потом были проблемы с Богословской комиссией, но и они прошли в 2001 году. Она все это глубоко переживала и, конечно, силы ее были подорваны; после этого она уже почти не выходила из дома.

Ее силы таяли, но она продолжала жить, общаться, причащаться, писала мне письма - всегда необыкновенно светлые, солнечные, всегда исполненные благодарности - как я себе всегда говорил, ни за что: это всегда намного превышало те реальные дела и заслуги, которые можно было бы увидеть в нашей реальной жизни. Но она видела это добро, она ценила каждое доброе слово. И она проявила свою верность. Эти вера и верность, соединенные в ее жизни, дорогого стоят. И она сама умела ценить эти вещи: слишком рано в жизни она познала все виды жестокости и несправедливости, болезней и страданий людей.

Конечно, было жаль, что последнее время мы редко виделись. Иногда, не часто, я звонил ей. Чаще получал от нее письма. Отвечать на них было невозможно, не отвечать - тоже было невозможно. И я отвечал так, как мог, не в письменном виде, а как-то иначе, может быть, духовно.

Конечно, она была свидетелем своей эпохи. Ее хорошо помнят все, кто ее знал. И даже если в чьей-то жизни она была очень непростым человеком, с которым, может быть, не в каждый момент жизни можно было согласиться, даже в этом случае забыть ее было нельзя. Она мужественно и стойко на старости лет перенесла гонения за правду Христову, за правду Божью, за правду Церкви, часто, как вы знаете, чинимые от имени самой церкви.

Мне очень хотелось бы, чтобы вы все запомнили ее имя. Даже те, кто о ней только слышал, и кто о ней, может быть, и не слышал ничего до сегодняшнего дня. Мне бы хотелось, чтобы мы воспомнили ее и воспоминали ее всегда, когда наступит канун этого трудного в нашей истории дня - 7 ноября. Церковно, как вы знаете, он наступает с вечера кануна этого дня.

Наверное, не случайно чадо Божье Алла отошла ко Господу именно в этот день. Интересно, что по церковному уставу в этот день празднуется странный церковный праздник, который в Типиконе называется «трясение». Это в память избавления жителей Константинополя от очередного землетрясения. В какой-то степени это символично - 7 ноября праздновать «трясение». Нашу страну в этот день однажды так потрясло, а вместе с ней и весь мир, что какое уж тут землетрясение в Константинополе может с этим сравниться.

Алла была человеком, который испытал на себе все толчки этого «трясения» - страшного, ужасного, бессмысленного, жестокого. Она была действительно свидетелем эпохи и носителем ее традиции. Так что, когда вновь настанет 7 ноября, и праздник трясения снова будет праздноваться в церкви, пожалуйста, присоедините память об Алле к своим молитвам, хотя бы одним словом. И может быть, Бог даст, таких трясений в нашей истории, в нашей жизни будет меньше.

Вечная память новопреставленной верной сестре во Христе Алле!

Свящ. Георгий КОЧЕТКОВ. 6 ноября 2006 г.

Слово было произнесено после вечерни, которую паломники, возвращавшиеся из Архангельска, служили в вагоне поезда.

 

«Мы вчера все поздравляли друг друга с воскресением...»

Из письма крестнице

...Хочу рассказать тебе о важном духовном событии, которое произошло вчера.

У нас вчера было отпевание сестры нашей Аллы Даниловны Василевской. В храме на ее отпевании был свет и мир. Она была братским человеком, всех знала и все ее знали. Не было никакого отчуждения от нее, все просто столпились у гроба и не уходили до конца службы, не было обычного «почтительного» расстояния перед гробом. Как сказал о. Георгий - она вернулась в свою среду. Имелись в виду храм и братство: три последних года она не вставала с постели, у нее было заболевание крови. А когда я с ней познакомилась в девяностые годы, она служила алтарницей и очень любила батюшку, храм, братство, наше движение. У нее была очень драматическая и даже трагическая судьба: отец - «враг народа», сама она была из двенадцати запрещенных в служении вместе с о. Георгием в 1997 г. Она мечтала о реабилитации своего духовного отца так же, как в свое время мечтала о реабилитации родного. И это осуществилось при ее жизни. Она закончила Московский мединститут, всю жизнь работала врачом-наркологом, заведовала отделением, была кандидатом мед. наук. Лечила многих именитых людей, в том числе Высоцкого, но главным было то, что она умела видеть всех и ко всем подходить личностно. У нее было много немощей, которые она несла всю жизнь - страхи, болезни. Но ее направленность на других, верность христианскому пути, который она обрела уже в преклонные годы, видимо, дали ей то благоволение в очах Божьих, которому мы были все свидетели вчера. И отпевание, и похороны, и поминальная трапеза - все проходило в свете и духе Христовом. «Вот какой праздник устроила нам Алла!» - говорили мы при расставании друг с другом. Она собрала и тех, кто по разным причинам, отошел от братства. Для меня ее жизнь была примером того, что сила Божья в немощи совершается. А также того, что Господь смотрит, в первую очередь, на путь человека, на его дух, а все душевное проходит и прошло. Господь вчера явно присутствовал, и это Его явление в таинстве смерти, как в таинстве Царства, все ощутили и об этом говорили на поминках. Я вдруг воочию увидела то, о чем ап. Павел говорит, что его тело, как ветхая палатка, вот-вот разрушится, а дух отойдет к Отцу. Действительно, не было никакой скорби. Действительно, Господь провел Аллу через многие испытания, дух ее созрел для Царства Небесного и мы вчера все поздравляли друг друга с воскресением.

Очень хочется, чтобы многие и многие - все - получили такой опыт свидетельства вечной жизни. И ты - тоже. Но как это осуществить? Господу все возможно. И все возможно верующему.

Молись, Настюша, чтобы Господь тебя поставил на путь Свой, чтобы ты перестала ходить путями чужими. И я буду молиться о том же.

(Письмо публикуется с согласия автора)

 КИФА №18(56) ноябрь 2006 года

 
<< Предыдущая   Следующая >>

Живой журнал Наш Живой журнал ВКонтакте Мы ВКонтакте Facebook Наш Facebook Твиттер @GazetaKifa

Наверх! Наверх!
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Majordomo.ru - надёжный хостинг Яндекс цитирования